Россия XX века. Вехи и судьбы - Полина Ребенина

В чем же была их сила, если не опора на самые широкие массы и на самые разные слои населения? Их главная сила была, как ни странно, в наглости. Может быть, слово это покажется грубоватым, но попробуем прояснить самую мысль. Если хотите, их сила была, как ни странно, в презрении к тем самым широким массам и вообще к захваченной стране и ее народу. Когда Горький стал заступаться за интеллигенцию и сказал Ленину, что это все-таки мозг нации, Ленин рассмеялся и ответил, что это не мозг, а «говно» (буквально) и что «пора бы вам понять, дорогой Алексей Максимович, что политика вообще дело грязное и кровавое».

В людях, привыкших к режиму дореволюционной России, жило убеждение, что если они ни в чем не виноваты, не преступили закона, то и сделать с ними ничего не могут и не имеют права. Никому не пришло бы в голову, что можно всех бывших министров погрузить на пароходишко и затопить посредине Невы. Что можно войти в дом и на глазах у хозяев все из него унести, а самих хозяев выгнать, а то и убить.

Сила их состояла в резком, внезапном и вот именно в наглом нарушении, так сказать, всех правил игры, рассчитанных на гуманных, доверчивых, верующих в справедливость, правосудие, законность людей. Можно назвать это внезапным попранием законности, которого нельзя было ожидать в дореволюционном обществе.

Первые дни никто всерьез не воспринял шайку, захватившую власть и называвшую себя большевиками. Шептались, отсиживались по домам с одним расчетом: «Посмотрим, что будет дальше». А дальше немедленно, через полчаса после захвата власти, начали убивать, но убивать массово, поражать в нервные центры, парализовать. Это все равно, как если бы два человека, пусть даже и враги друг другу, сели бы играть в шахматы, один размышлял бы над ходом, а другой взял бы и шарахнул своего противника бутылкой по голове. Вот и выиграл. Очень легко и просто. Сошлемся опять-таки на Ленина: «Понятие диктатуры означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакими законами, никакими абсолютно правилами не стесненную, непосредственно на насилие опирающуюся власть» (т. XXV, стр. 441).

Надежда Яковлевна Мандельштам, сожалея о множестве репрессированных и посаженных в лагеря евреев в 30-х годах 20-го столетия, правильно сообразила: «Кто же знал, что, отменяя всякую законность в первые годы революции, мы отменили ее и для себя!»

***

В 1920 году Сергей Матвеевич овдовел. В возрасте 35 лет умерла жена, с ним остались четверо детей 10—14 лет. В это неспокойное время родственники забирают детей в Петроград. В этом же году большевики производят полную конфискацию имущества, принадлежащего семье. Сергей Матвеевич смиряется, пытается приспособиться к новой ситуации. В 1921 году он вступает во второй брак, в котором рождается трое детей. В годы НЭПа Сергей Матвеевич с супругой держали небольшой магазин игрушек. Когда начались поиски классовых врагов, семья Бородавкиных уезжает к детям в Петроград. Там в 1930 году Сергей Матвеевич был арестован и отправлен на два года в ссылку на Урал.

Был сослан и его родной брат Василий Матвеевич. Время доносов и поисков классовых врагов продолжается. Кулаки, бывшие купцы и служители Церкви для новой власти становятся «агентами троцкистских и фашистских заговоров». В 1933 году Сергей Бородавкин возвращается из ссылки в родной Красный Холм и воссоединяется с семьёй.

В начале 30-х годов прошлого века величественный Троицкий храм в центре города был разрушен большевиками. Уцелела лишь находящаяся рядом высокая полуразрушенная колокольня, которая использовалась членами ДОСААФ для парашютных прыжков. Сергей Бородавкин становится скромным старостой Николо-кладбищенского храма. Церковный староста – человек из мирян, ведающий хозяйством церковной общины. Первая обязанность церковного старосты состояла в приобретении свечей и хранении церковной кассы, затем старосты стали ведать ремонтом храма, сбором пожертвований и наблюдением за порядком.

Это было решение человека, продолжавшего путь служения церкви и богу в это тяжелое время. Пять лет трудился Сергей Матвеевич Бородавкин в церковной должности. В середине февраля 1938 года он был снова арестован. Из протокола допроса от 17 февраля:

– Назовите Ваши связи в Краснохолмском районе, а также вне района.

– В городе Красный Холм я имею сестру Антонину Матвеевну Комендантову, и вне Краснохолмского района я имею брата Бородавкина Василия Матвеевича, который проживает в городе Ярославле, но где работает, я сказать не могу, так как переписки с ним не имею.

– Дайте следствию показания о проводимой Вами антисоветской агитации среди населения в Красном Холме.

– Какой-либо антисоветской агитации среди населения в Красном Холме не вёл и виноватым себя в этом не признаю.

Через три недели «тройка» УНКВД Калининской области приговорила С. М. Бородавкина к расстрелу. Приговор приведён в исполнение 8 марта 1938 года в городе Калинине, во внутренней тюрьме. Похоронен Сергей Матвеевич в безвестной братской могиле».

***

Не так давно на месте разрушенного Троицкого храма заново отстроена маленькая церковка Животворящей Троицы. Возведена была эта церковка на пожертвования местных жителей и во многом неусыпными трудами местного священника отца Олега. В этой новой церковке справа от иконостаса висит икона, на которой изображен святой мученик Сергий Краснохолмский.

Я узнала о Сергии Краснохолмском от служки в новоотстроенной церкви Животворящей Троицы. Она мне эту историю рассказала по-своему: «Страдал простой народ от советской власти- церкви закрывались, ввели продразверстку и продналог, на голод людей обрекали. Приходили в кладбищенскую церковь, только она тогда в городе и уцелела, и плакались старосте Сергею Бородавкину: «Когда же наши мучения закончатся?». На что тот отвечал словами из библии: «Верьте и надейтесь! Все проходит, пройдет и это!» Кто-то донес на старосту и его арестовали.

Большая часть старшего населения была против жестких революционных нововведений и ставка делалась на молодежь, которую активно воспитывали в преданности идеям социализма. Уже в третьем классе, 9-летних детишек торжественно принимали в пионеры. При этом несмышленыши клялись: «Я – юный пионер Советского Союза, торжественно обещаю горячо любить и беречь свою Родину, жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия, и т.д., и т.п.» И им повязывали красный галстук на шею, как отличительный знак юных ленинцев. Ну, а в 8—9 классе был не менее торжественный прием в комсомол, который считался резервом коммунистической партии. Таким образом, за несколько лет после большевистского переворота удалось воспитать новое поколение, поколение атеистов, преданное идеалам коммунизма. К сожалению, почти все это поколение полегло на полях сражений Великой Отечественной войны.

16 января 1957 года супруга Сергия Краснохолмского Александра Петровна обратилась к прокурору Калининской области с просьбой о пересмотре его дела. Первоначально ей отказали, но 15 апреля 1989 года Сергей Матвеевич Бородавкин был реабилитирован прокуратурой Калининской области.

В августе 2000 года Сергий Бородавкин причислен к лику новомучеников и исповедников Российских на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в Москве для общецерковного почитания.

В архиве Весьегонского уезда сохранилась запись:

«Бородавкин Сергей Матвеевич. Родился в 1878 г., Краснохолмский р-н, Красный Холм; б/п; служитель религиозного культа, церковный староста. Проживал: г. Красный Холм. Арестован 16 февраля 1938 г. Приговорен: тройка при УНКВД по Калининской обл. 6 марта 1938 г., обв.: КРД. Расстрелян 8 марта 1938 г. Реабилитирован в апреле 1989 г. по заключению Тверской областной прокуратуры». Сокращение КРД означает контрреволюционная деятельность. Кратко и беспощадно, без особых разъяснений!

Да, это была истинная трагедия, которую пришлось пережить в начале 20-го века русским людям: некие силы и люди перелицевали царскую и православную Русь на свой лад, а население затаилось или же оказалось врагами народа. За что такая несправедливость? За что отняли у них жизнь? Ведь были они тружениками и истинными патриотами, любили святую Русь, жили по церковным канонам. И потому, впоследствии, некоторые из них за страдания свои незаслуженные были удостоены высокой чести попасть в святые. Как Сергей Матвеевич Бородавкин, который стал Сергием Краснохолмским!

Священник Краснохолмской церкви, отец Олег, посвятил Сергею Бородавкину статью «Дивен Бог во святых своих» опубликованную в газете «Сельская Новь». И закончил эту статью словами из библии: «Отдал Ты нас, будто овец, на съедение и среди язычников рассеял нас. Но за верность Тебе умервщляют нас всяк день, для них мы, как овцы, отданные на заклание» (Пс.43). И в заключение добавил: «Дивен